Не изменяя знакомым традициям

изменяя традициям, мы - Перевод на английский - примеры русский | Reverso Context

не изменяя знакомым традициям

Перевод контекст "изменяя традициям, мы" c русский на английский от Reverso Context: Не изменяя традициям, мы снова предоставляем Вам скидку. Мы ценим естественность, но часто не знаем, как её достичь. Чем эти традиции могут нам помочь сейчас? что «умные люди обычно понимают что привычки в конце концов изменяют нас». проявляется в случае с текстом, напечатанным знакомым или легче читаемым шрифтом. Не изменяя традициям. . на веранду, то почувствовал до боли знакомый запах «привет Амстердам», хотя сам этим не балуюсь.

То есть передача, функционирование и изменение традиций и отдельных элементов традиций может происходить отдельно и независимо друг от друга. Исследователь может рассматривать всю совокупность традиций как одну традицию, отражающую состояние культуры в данный момент.

Он может также рассматривать один обычай как совокупность множества традиций. Но если за это время усовершенствуются орудия труда и технологии, то этот же самый предмет будет изготавливаться уже другим способом, нежели. Утилитарная часть традиции, связанная с изготовлением магического предмета, не повлияет на знаковую часть традиции, связанную с использованием магического предмета.

Затем вера вера духов теряла свою актуальность, она становилась неустойчивой, но форма заклинаний осталась устойчивой. То есть две части одной традиции обладают разными свойствами. Диапазон колебаний традиции Воспроизведение священных тотемических, а также колдовских и знахарских песен, танцев, изобразительных символов, магических предметов требует строгого следования традиции. Передающиеся из поколения в поколение образцы должны воспроизводиться с точностью до малейших деталей, так как считается, что в противном случае магический обряд не даст желаемых результатов.

В таких традициях диапазон колебаний отклонений минимален или отсутствует. В необрядовом искусстве и орудийном производстве хотя и существуют традиционные каноны, допускаются все же определенные изменения, импровизация, новации. Например, при изготовлении неритуальной повседневной одежды строго следовать образцам даже при желании было бы невозможно из-за наличия в каждом случае разных материалов для одежды полностью одинаковые шкуры вряд ли встретятся и различий в фигурах людей. Форма костяных наконечников стрел могла зависеть от изменчивых форм костей, из которых они изготавливаются.

Форма временных построек и сложных ловушек на крупных животных может изменяться каждый раз в зависимости от материалов, найденных на месте.

не изменяя знакомым традициям

Способ охоты может меняться в зависимости от конкретного состава группы. Диапазон колебаний в соблюдении традиций в утилитарной сфере деятельности может различаться и быть как большим, так и минимальным. Для магических предметов и ритуалов запрещение отклонений от традиции необходимо не для утилитарной, а для знаковой функции данной традиции. Диапазон отклонений в рамках утилитарной традиции обусловлен общим техническим уровнем и практическими потребностями.

Ограничения отклонений носят в этом случае не столько искусственный, сколько естественный характер. Понятие нарушения традиции для утилитарных традиций не совсем корректно. Нарушение в этом случае будет означать либо изготовление некачественного предмета, либо новацию.

Таким образом, утилитарные традиции могут быть с максимальным или с минимальным диапазоном колебаний, а знаковые традиции могут нарушаться. Характер нарушений может быть обусловлен традицией, а может —.

Этому посвящён следующий раздел. Традиционные нарушения традиций При изучении австралийских аборигенов было выделено две основных категории социальных норм. К первой относятся такие нормы, которые оформились в общественном сознании в готовые правила поведения и являются общеобязательными предписаниями.

Многие из них имеют религиозно-мифологическое обоснование и весьма жестоко санкционированы: Ко второй категории относятся исторически сложившиеся стереотипы поведения, которые не оформились в виде общеобязательных предписаний, не имеют своего обоснования, но широко распространены и усваиваются с раннего детства при наблюдении за действиями окружающих.

Отступления от таких стереотипов не связаны с наказаниями; в некоторых случаях они вызывают отрицательную реакцию в коллективе — осуждение, насмешки, в других случаях воспринимаются индифферентно.

По существу такие нормы определяют типы поведения, не встречающие порицания в данной архаической культуре [2. Вероятно, в первобытную эпоху также существовали две вышеназванных категории социальных норм. Если для первой категории норм и соответствующих им традиций отсутствует диапазон колебаний, то есть изменчивость поведения людей в рамках традиции, то для второй категории норм и традиций диапазон колебаний может быть значительным.

В первом случае традиция может либо строго и однообразно соблюдаться, либо нарушаться. Во втором случае само понятие нарушения традиции теряет свой смысл: Эти традиции относятся ко второй категории.

Внутри рода нормы родственной взаимопомощи соблюдаются неукоснительно. Случаи их нарушения обязательно влекут наказания или порицания.

Эти традиции относятся к первой категории. Общеобязательные и жестко санкционированные традиции могут противоречить сложности, неоднозначности и многогранности социальной жизни и индивидуальным особенностям личностей. Есть правила, которые диктуют буквально каждый шаг, но число ситуаций, предусмотренных такими правилами, ограничено, а жизнь часто ставит людей в неожиданные положения. Например, во многих племенах австралийцев мужчине в мельчайших подробностях предписано, как вести себя при встрече с матерью своей жены, когда она приходит навестить дочь или живет в его семье; на каком расстоянии стоять или сидеть, в какую сторону смотреть в ее присутствии, какими словами пользоваться, каким тоном говорить, как предавать ей пищу или вещь, чтобы она не дотронулась до того места, к которому прикасался он и.

Но что делать, если теща, кочуя вместе с его семьей, в которой он единственный мужчина, тонет в реке или сломала ногу? Ведь ему нельзя не только прикасаться, но и приближаться к ней, в то же время он обязан прийти ей на помощь во всякой беде [2. Для преодоления таких противоречий в культуре вырабатываются механизмы нарушения традиций, которые также являются своеобразными традициями. Человек следует тому, что ему представляется более жизненно важным в данный момент.

Он может нарушить традицию, но нарушит он ее скорее всего так, как это делали до него другие сородичи, чей пример он мог наблюдать в детстве. Если бы в первобытную эпоху не было нарушений традиций, и нарушения эти не повторялись бы постоянно, то в этнографически описанных архаических культурах не сохранились бы до сих пор традиционные наказания за нарушения.

Примеры традиционного нарушения традиций во множестве встречаются в этнографических описаниях архаических культур. Так, у народов Австралии и Океании чувства, возникающие между мужчинами и женщинами, постоянно идут вразрез с существующей системой брака. Бегство женщины от мужа или жениха с другим мужчиной — ситуация, без которой не обходится ни одно описание жизни аборигенов.

Она часто находит отражение в мифах и сказках, а также в передающихся от поколения к поколению историях о реальных событиях. Как видно в этом случае, люди с детства усваивают, как нужно нарушать традицию. Общественное мнение в случаях побега жены или невесты всегда на стороне мужа или жениха, он может рассчитывать на поддержку родственников и друзей. А положение беглецов весьма незавидно: Но если сбежавшие мужчина и женщина обладают необходимым мужеством и упорством и сумели уцелеть, а покинутый муж не может одолеть соперника или готов удовлетвориться материальной компенсацией, брак таких беглецов считается законным [2.

Невероятной была бы ситуация, когда, допустим, женщины общины или нескольких общин объединились и стали бы силой защищать сбежавшую жену или невесту. Традиции, имеющие традиционные формы нарушений, можно считать системой из противоборствующих и одновременно взаимоподдерживающих правил и нарушений этих правил.

Такие системы противоборства и единства являлись истоком возникновения и сохранения многих традиций, обходящих табу. У австралийских аборигенов место рождения ребенка запретно для мужчин, родителям не разрешается приближаться друг к другу и разговаривать друг с другом несколько дней после рождения ребенка, считается, что иначе ребенок не вырастет здоровым.

Но отцу и матери не терпится поделиться радостью. Поэтому традиционно мужчина подходит к стоянке, где лежит его жена и ребенок, и говорит громко как бы сам с собой, спрашивая завуалированным языком о том, кто родился — девочка или мальчик, а жена, слыша голос мужа, таким же образом отвечает ему [ Ряд традиционных нарушений традиций связан с особым статусом вождей.

Например, им иногда разрешен инцест. Их дети могут раньше других заканчивать обряд инициации и иногда даже избавляться от некоторых испытаний [ Некоторые традиции отражают основополагающие особенности общественной жизни и культуры, и поэтому для них не предусмотрены механизмы нарушений.

Эти традиции не противоречат многообразию и сложности общественной жизни и личностным особенностям. Например, право человека получать еду у родственников, которые ею располагают, воспринимается как основа родственной связи, а нарушение этого права — как причина разрыва. Нарушать эту традицию, то есть прощать родственника, поступившего как чужак и предатель, и согласиться на дальнейшую совместную жизнь с ним никто не станет ни при каких условиях.

Герой одного из мифов Юго-Восточной Австралии решает порвать всякие отношения со своими родственниками и навсегда покинуть землю своего племени только потому, что ему никто не дал еды, когда он вернулся с охоты голодным [ В другом мифе родственники отказываются защищать человека и позволяют у себя на глазах убить его только потому, что он скрыл от них источник воды, когда всем хотелось пить.

Перевод "изменяя традициям, мы" на английский

При этом среди тех, кто присутствовал и участвовал в наказании, были самые близкие люди: В этих мифах отразились глубоко укоренившиеся в сознании аборигенов моральные понятия. Нарушения такой традиции со стороны тех, кто не поделился пищей, будут носить исключительный характер и ни при каких условиях не станут традиционным нарушением. Нарушения со стороны тех, кто должен был наказать, но мог бы и простить — невозможны.

Таким образом, знаковые традиции можно разделить на две категории: Неустойчивость у традиций первой категории появилась бы в том случае, если бы нарушение и правило стали меняться местами. Но это такой длительный процесс, что в первобытную эпоху он редко реализовывался, а реализовывался только с развитием цивилизаций. Например, в современном мире почти повсеместно насильственные браки по договору стали нарушением норм, а браки по любви стали традицией.

Неустойчивость традиций с широким диапазоном колебаний может быть обусловлена тем, что в таких условиях чаще появляются новации. Традиции, воплощающие основы общественной жизни и глубоко коренящиеся в подсознании, всегда устойчивы. Их неустойчивость все же может проявляться при формировании новых архетипов мышления.

Но такие процессы не затрагивают эпоху первобытности, а для этнографически описанных архаических обществ начинаются только после их активных контактов с цивилизацией. Адаптивные и неадаптивные традиции Закономерности адаптации для традиции и новаций схожи, поэтому данная глава относится в равной мере и к новациям.

Эффект адаптивности, приспособления и полезности традиции приобретает конкретный смысл при указании критериев полезности. Если за критерий полезности взять субъективное осознание первобытным человеком вреда или пользы определенных традиций и отсутствие такого осознания, то почти все традиции будут адаптивными, так как человек, как правило, осознает, зачем он соблюдает традицию и видит в этом пользу неважно, рациональную или иррациональную.

Если за критерий взять объективную пользу и объективный вред для выживания, то многие традиции окажутся неадаптивными. Например, объективный вред могут нести слишком расточительные жертвоприношения, тотемические запреты на съедобные виды животных и растений в условиях голода, чрезмерно жестокие и опасные для здоровья и психики обряды инициации например, при инициации девочек могут быть нарушены их детородные функции, а при инициации мальчиков иногда нужно было принимать наркотические яды.

Каждая традиция может быть адаптивной как по обоим критериям, так и только по одному из. Окуривание капканов и других охотничьих приспособлений субъективно отгоняет злых духов, а объективно перебивает запах человека.

Употребление лечебных средств может субъективно облегчать боль и выгонять злых духов, а объективно непоправимо вредить здоровью. Всякую культуру как динамическую систему можно рассматривать двояко: Может быть так, что какая-то культура хорошо функционирует в неизменной экологической среде, но оказывается бесполезной и беззащитной перед естественными колебаниями климата и биосферы. Потенциальность, будучи возможностью, означает наличие различных альтернатив развития в критических ситуациях.

Каждая из альтернатив может быть реализована не при всех, а только при некоторых условиях. В качестве системной характеристики потенциальность есть непроявленная реальность сложность системы, определяющая, чем данная система может стать при тех или иных условиях, и чем она не может стать ни при каких условиях [ С культурой может произойти не все, что угодно, а только то, что содержится в ее потенциальной структуре [ Характеристики потенциальной неактуализированной части системы нельзя измерить до ее актуализации [ Поэтому, анализируя потенциал культуры, исследователь вынужден исходить из гипотетических альтернативных предположений.

Например, поиск и изготовление знахарями лекарств, которые не оказывают реального лечебного действия, могут ослабить иммунитет популяции и испортить генофонд, а могут случайно или интуитивно натолкнуть на действительно вылечивающие средства. Жертвоприношения могут зря портить добытое и отвлекать людей от поисков рациональных способов выживания, но могут сплачивать коллектив и приучать индивида жертвовать личными потребностями во имя общего блага.

Культура будет тем адаптивнее и в реальном, и в потенциальном отношениях, чем больше собранный ею массив информации подлинно отражает как ее собственные свойства, так и свойства окружающего мира. Если традиционные положения эмпирически ложны, в большей степени иррациональны, чем практически полезны, если вследствие этого культура не способна распознать подлинные причины встающих перед ней проблем и найти верные способы их преодоления, то она оказывается во власти стихийных изменений.

Возможно, тот факт, что в этнографически описанных культурах иррациональные и рациональные тенденции неразрывно переплетаются, обусловлен тем, что в первобытности те культуры, в которых иррациональные тенденции подавляли потребности приспособления и выживания, просто вымирали.

Это происходит особенно в тех случаях, когда верования активно противодействуют приобретению знаний, позволяющих создавать новые технологии и отказываться от устаревших. Хотя большинство системных признаков носит адаптивный характер, это не означает, что любые сравнительно небольшие изменения отдельных признаков всегда увеличивают или уменьшают приспособленность.

Таким образом, исходное случайное отклонение может превращаться в закономерный процесс, ибо возникла положительная связь между поколениями, усиливающая определенный признак. Чем сильнее признак выражен в старшем поколении, тем сильнее он будет выражен в следующих поколениях. Появляется традиция, которая не имеет адаптивного значения, она не несет пользы, но она сохраняется, так как не несет и вреда.

Такие факторы могли начать свое действие еще в период антропосоциогенеза. Они присущи любой эволюции.

не изменяя знакомым традициям

Так, например, японские исследователи, изучавшие поведение обезьян, установили, что отношение самцов к самкам не является одинаковым в отдельных изолированных популяциях даже при аналогичных условиях среды. Однако агрессивное поведение самцов, наблюдаемое потомством и выучиваемое им, превращается в норму поведения всех следующих поколений [ Указанными закономерностями можно объяснить различия между культурами, развивавшимися с одинаковой скоростью в одной и той же экологической среде.

Если расово-биологические, ландшафтные, климатические, хозяйственные и мировоззренческие параметры у сравниваемых культур сходны, то возникает естественное предположение, что траектории развития и структура этих культур должны полностью взаимно накладываться и быть тождественными.

Однако, как известно из сравнительной этнографии, ничего подобного не наблюдается. Можно было бы предположить, что культуры, достигнув одинакового технологического уровня хотя, быть может, и по разным путям, поскольку они различались очередностью появления изобретенийоказываются различными потому, что в данном множестве культур например, палеолитическом множестве какого-то региона одни и те же цели реализуются разными способами.

Однако это не объясняет различий между культурами, потому что не все цели одинаковы. Почти для всех первобытных и архаических культур характерны правила поведения, которые заведомо избыточны к инструментальной деятельности и интересам выживания. Их не удается логически вывести из каких-то потребностей. Поэтому для объяснения их возникновения необходимо строить модели с учетом фактора случайности и не абсолютизировать принцип адаптивности.

При изучении престижно-знаковых традиций не всегда возможна однозначная оценка адаптивности. Например, деформирования стопы ног, формы черепа, удаление и инкрустирование зубов, шрамирования, причудливые растягивания губ и мочек ушей и.

Такие деформирования иногда создают неудобства и несут вред их обладателям. Деформирования выполняют соционормативные функции и имеют приспособительный эффект в социальной среде. Сущность и истоки новаций Для понимания сущности и истоков новаций необходимо обратиться к периоду антропосоциогенеза, к появлению самых первых примитивных новаций.

Собирательство у приматов ориентировано на наличную потребительскую ценность даров природы. Зачатки осознанного целеполагания выводят гоминид за пределы биологического приспособления к среде тогда, когда орудия стали дополнять естественные органы особей опосредованно. Процесс изготовления орудий и само орудие биологически нейтральны гоминиду то есть не связаны с непосредственными потребностями организма или врожденными инстинктамии они становятся посредниками между его действиями и потреблением.

Биологически нейтральный временной интервал деятельности порождал возможность появления в психике непосредственно не наблюдаемых и генетически не обусловленных целей. Различие между наблюдаемыми и ненаблюдаемыми целями можно показать на примере многочисленных экспериментов с обезьянами.

Если шимпанзе не может достать какой-либо интересующий ее предмет и видит поблизости палку, то она может догадаться использовать эту палку, чтобы достать предмет наблюдаемая цель. Однако, если поблизости не видно палки, обезьяна не догадается отойти от вожделенного предмета и поискать палку ненаблюдаемая цель. Биологически нейтральный интервал деятельности у гоминид поддерживал необходимость закладывать при изготовлении орудий именно такие свойства, которые нужны при использовании этих орудий, хотя эти свойства до изготовления орудия существуют только в сознании гоминида.

  • Не изменяя традициям!
  • Восточные традиции и современная наука в поисках спонтанности
  • Не изменяя традиции: Дженнифер Лоуренс встретилась с юными поклонниками накануне Рождества

Таким образом, разрыв процессов изготовления и применения орудий приводил к тому, что в психике гоминид возникала новая, биологически не заложенная и не всегда полученная посредством подражания информация. Когда конкретный архантроп или палеоантроп решил изменить обычный и удобный ему угол удара по камню, хотя никогда до этого не видел такого у других; бросил в воду засохшую шкуру и проверил, что с ней стало, хотя в этом не было особой необходимости; вырыл и попробовал съесть корень незнакомого растения, хотя не был уверен, что оно съедобно; соединил концы стебля и повесил его себе на шею или, замазав руки в грязи, начертил что-нибудь на теле, хотя не получил от этого какой-либо биологической пользы — все это были первые новации.

Какие закономерности делали возможными и управляли подобными актами творчества, беспрецедентными в природе?

Восточные традиции и современная наука в поисках спонтанности

Ее особенно интенсивно разрабатывали в х годах в отечественной науке А. Суть гипотезы в следующем: Иначе она, сталкиваясь с изменением условий, в силу своей сложности и невозможности быстрой перестройки будет постоянно отставать в своих ответах на новые задачи. Наличие подобных субъективных реакций приводит к тому, что вредность или полезность того или иного воздействия определяется не после того, как оно привело к биологически или социально вредному или полезному эффекту, а до.

Отбор сигналов происходит посредством их кодирования. Сигнал выступает в качестве стимула внутреннего информационного моделирования внешних будущих событий [ Впервые эту гипотезу начал разрабатывать еще основоположник кибернетики Норберт Винер. Если обезьяна будет бессмысленно повторять вновь и вновь бесполезные попытки достать недоступный предмет, то человек, попробовав один раз, увидит, что простым способом предмет не достать.

Он будет искать иные способы и искать не только действием, но и мыслью. Именно опережающее отражение в сознании порождает потребность объяснять явления окружающего мира и изменять образ своих действий. Попытаемся построить гипотетическую модель появления в первобытную эпоху какого-либо нового орудия например, копьеметалки. Древний охотник видел, что сила удара и дальность полета копья зависят от замаха. Длина замаха ограничена длиной руки, а удлинение копья ограничено его весом.

Когда человек начал охотиться на крупных и быстрых животных, у него возникла потребность решить эту проблему с копьем. Он начинает предполагать или интуитивно предчувствовать то, как можно увеличить длину размаха, не увеличивая длины копья.

Это ведет к попыткам использовать разными способами дополнительную палку вместе с копьем. Неудобные и неэффективные способы отвергаются и выбираются наиболее приемлемые, наиболее соответствующие образу копьеметалки.

При этом человек соотносит свои смутные предположения с представлениями коллективного сознания, переданными ему традицией. Чем более определенно он представляет средства достижения своей цели, тем больше увеличивается доля новой информации в его сознании, а затем и в культуре. В связи с этим можно вспомнить, что К.

Шеннон дал определение количества информации как меры снятия неопределенности, то есть отбора необходимых элементов из некоторой совокупности [ Описывая появление нового вида, он не уточняет, что это за вид: Эту аналогию не стоит считать возвращением к социал-дарвинизму и механическим переносом биологических законов на социальные.

Это лишь способ образно представить то, что недоступно наблюдению. Хотя, в принципе, появление нового вида орудия можно проследить по археологическим источникам. Но вот в связи с изменением общего равновесия, которое вызвано внешне ничтожным сдвигом в среде, начинается экспансия нового вида. Вторгаясь в уже занятые местообитания, новый вид убедительно доказывает свое превосходство над конкурентами. Исчезновение остатков примитивизма сочетается с множеством новых конструктивных решений, все более подчиняющих себе внешнюю форму и новые функции.

Таким путем вид идет к вершине развития, становится тем, что дает название целой эпохе. В отличие от традиций, передача новаций — это не непрерывный процесс. Для определения прерывания потока новой информации существенное значение имеет определение времени, необходимого для превращения новации в традицию.

Оно, по-видимому, зависит от цикличности функционирования группы, в которой укореняется традиция внедряется новация. Расчет этого времени упирается в продолжительность жизни одного поколения. Если живо еще поколение, пережившее момент введения новации, иначе говоря, если этот момент еще жив в коллективной памяти общества, то новацию можно считать недавней. Вторая ступень старения новации заключается в том, что из живой памяти исчез момент введения новации, но еще хранятся впечатления от рассказов очевидцев.

Расчет должен исходить также из уровня и интенсивности семейной межпоколенной связи. В первобытную эпоху подобная ситуация была исключена, уровень семейной межпоколенной связи был очень высок, показателем этого служит повсеместное распространение культа предков. В реконструкции инновационного фонда первобытности наблюдается тенденция нарастания количественного, структурного и качественного многообразия проявлений феномена инноваций, выявляемых в первобытных истоках архаических культурных традиций.

Так, если в начале 2-ой полвины XIX. Еще нагляднее за тот же период итоги проникновения к истокам первобытного изобразительного творчества: Длиннейший период нижнего и среднего палеолита и все более короткие последующие периоды, показывают в целом ускорение развития первобытных культур. В соотношении традиций и новаций происходит перевес в сторону новаций. Диахронные новации Традиция в диахронном плане направлена из прошлого в будущее. Как направлена в диахронном плане новация?

Что касается направления новой информации в физическом времени, то, появляясь под воздействием потребностей настоящего, новация, так же как и традиция, направлена в будущее. Обратная ситуация то есть передача информации из будущего противоречит закону необратимости времени. Хотя соответствующие гипотезы о возникновении новационной информации не раз выдвигались [ Логика рассуждений всех подобных гипотез находится в замкнутом кругу: Диахронность новации следует понимать в плане межпоколенных взаимодействий.

Допустим, что в межпоколенном взаимодействии новационная информация идет от младших поколений к старшим. Тогда новация в диахронном межпоколенном плане направлена противоположно традиции, передающейся всегда от старших к младшим. Такая ситуация возможна, но необязательна. Младшие поколения часто менее привязаны к традиции, так как не успели еще в полной мере воспринять все традиции, привыкнуть к ним и осознать их важность.

Кроме того, младшие поколения более восприимчивы к новой информации, так как в процессе обучения для них одинаково новы как древние знания, так и нововведения.

Привязанность к традициям тем более слабо выражена у подростков, если они еще не прошли обряда инициации, в котором получают эмоциональное потрясение, направленное не только на испытание зрелости, но и на внушение строго соблюдения традиций. Такая психологическая тенденция обеспечивает не столько введение новаций именно младшими поколениями, сколько более легкое восприятие и освоение новаций по сравнению со старшими.

Опытный охотник или мастер по изготовлению орудий лучше, чем начинающий молодой сородич, видит недостатки и достоинства технологий и способов охоты. Усовершенствования в них скорее введет он, чем его неопытный ученик. Новации в духовной культуре происходят под руководством колдунов, вождей и авторитетных старух. Недавно посвященные в обряды молодые сородичи не только не посмеют, но и, вероятно, не будут иметь мотивов изменять традицию.

Из этих правил возможны исключения. Тиндейл описывает случай, когда новации исходили от представителя младшего поколения. В южноавстралийском племени Питья-Кдьяра исследователь наблюдал за юношей, который проявил необычайные способности, быстро усваивая знания, связанные с религиозными обрядами.

Он прошел обряд инициации гораздо раньше, чем его сверстники [ В литературе об аборигенах Австралии, Океании и Южной Америки имеются сообщения, что за старшими мужчинами признавалось право сообща, после долгих обсуждений, вносить изменения в существующие нормы поведения, в правила проведения обрядов.

Например, Хауит указывает, что старшие мужчины могли отменять пищевые табу для непосвященных и вводить другие, могли делать нововведения в правила, регулирующие брачные отношения [ Сакрализация новации нейтрализовывала конфликт с традиционными идеями и обычаями.

не изменяя знакомым традициям

Не исключено, что мистические откровения как особые психические состояния, действительно посещали те личности, в чьем сознании наиболее болезненно отразились противоречия в обществе.

Синхронные новации Как было уже сказано, когда заимствуется чужая традиция, она воспринимается теми, кто заимствует, вначале как новация. Закономерности восприятия внешних импульсов между разными культурами то есть в синхронном плане в сжатом виде сводятся к следующему: Можно выделить четыре основных типа контактов между культурами: Четыре перечисленных типа являются крайними пределами.

В чистом виде они встречаются редко. Подавляющее большинство контактов варьируется в диапазонах между этими крайними пределами. Форма и мера заимствования зависят от сферы культуры, где происходит заимствование. Легче всего перенимаются традиции в материальной сфере, например, различные виды охотничьих и рыболовных ловушек, элементы одежды и.

Труднее происходят заимствования в духовной сфере, например, когда приходится согласовывать чужую и свою сакральные традиции, что отражается на сюжетах мифов. Почти невозможны заимствования в интимных, глубинных и определяющих главную специфику культуры сферах. Это сферы морали, свадебные обряды и обряды инициации. Отказаться от таких традиций могут только в случае полной ассимиляции. Если между сообществами происходят постоянные контакты вследствие брачно-клановых связей, то могут заимствоваться не только чужие традиции, но и новации, еще не оформившиеся как традиция.

Важный фактор синхронных новаций — миграции. Миграции населения в зависимости от продолжительности и регулярности имеют безвозвратные и возвратные формы. Очевидно, что безвозвратные формы более радикально воздействуют на общество и культуру, увеличивают вероятность контактов с незнакомыми культурами. Бердсела, миграции делятся на индивидуальные, общинные и племенные [ Люди могли бежать в чужую общину или даже чужое племя в случае серьезных ссор, убийств или нарушения брачных норм.

Общинные и племенные переселения происходили в условиях экологических катаклизмов, когда группы пытались спастись на чужой территории от бедствий и присоединиться к другим, более крупным и благополучным сообществам. Вряд ли переселение или бегство одиночек могло повлиять на чужую культуру. Скорее всего, пришельцы были в приниженном положении у тех, кто их принял, и потому пришелец подчинялся местным традициям и не смел придерживаться.

Ксенофобия первобытных людей отвергала все отклонения от привычного, которые замечались у чужаков. Неустойчивость социальных групп приводила к постоянным переливам населения с одной территории на другую, тем самым как бы нивелируя возникшие в разных местах нарушения демографического равновесия.

Археологически эта картина фиксируется в изменении границ распространения отдельных культур. Чужая традиция может изменяться внутри заимствующей культуры либо в ходе заимствования, либо после.

Будет или не будет изменено заимствование, зависит от его источника и от сопровождающих условий. У Леви-Стросса есть описание того, как могли распространяться традиции, касающиеся брачных систем: Подсекции — недавнее введение, занесены несколькими туземцами, исключительными интеллектуалами и большими путешественниками, которые в совершенстве постигли механизм подсекций, обучаясь в чужих кочевьях.

В этом примере заимствование в брачной системе изменялось по двум причинам: Заимствованные элементы орнамента или языка могли искажаться местными элементами.

Заимствованные технологии зависели от стиля работы местных мастеров. Заимствованные мифы и ритуалы могли просто неправильно пониматься и перетолковываться по-новому. Сильные и слабые новации С. Например, неудача в применении нового способа изготовления орудий или способа охоты и какие-либо несчастья в жизни коллектива, последовавшие за новацией, хотя никак с ней и не связанные, могут побудить людей отказаться от данной новации, так как она, в его представлениях, разгневала духов.

После подобных неудачных новаций традиция будет охраняться ревностней, чем. Если внесенное в орудие труда усовершенствование было недостаточным для того, чтобы преимущества новации были очевидны и бесспорны, то новация не укоренялась в культуре, так как непривычные материалы и формы более трудно обрабатывались и менее эффективно применялись, чем привычные, навыки для которых доведены до автоматизма.

Человек не склонен был видеть всех преимуществ того, что не освоено опытом многих поколений в сравнении с уже освоенным. В целом на судьбу новации в первобытных культурах влияют два основных фактора: Поведение индивида зависело от его творческого и интеллектуального потенциала. Отношение и индивида, и коллектива к новациям зависело от величины эмоционального сопротивления изменению традиций и от социального статуса новатора.

не изменяя знакомым традициям

Предположим, первобытный человек подобрал камень, который не раскалывается, а плющится, то есть самородный слиток металла. Как он среагирует, если до сих пор ни с чем подобным его сородичи не сталкивались: Испугается и убежит, выбросит и забудет, удивится и начнет экспериментировать, спрячет или принесет в общину и всем расскажет?

Наиболее показательный пример — это знаменитые австралийские метательные палицы — бумеранги. Концы обеих лопастей бумерангов выгнуты в форме серпа и лежат в разных плоскостях. Действие бумерангов основано на сложном аэродинамическом законе. Невероятно, чтобы древнему австралийцу пришла идея о создании орудия со столь изощренными свойствами. Скорее всего, была подобрана ветка или щепка, которая уже обладала такими свойствами, и оставалось только кинуть ее и заметить, что она может возвращаться.

При благоприятных условиях индивид замечает полезный эффект, а коллектив одобряет и принимает. При неблагоприятных — наоборот. Допустимо косвенно, по разным социальным и культурным признакам установить, в каких случаях эмоциональное сопротивление изменению традиций могло быть сильным, а в каких — слабым. Именно от этого зависело, будут ли последствия новационных действий индивида затухать или нарастать подобно лавине.

Конечно, числовые соотношения будут иметь приближенный, сравнительный и вероятностный характер. Эмоциональная привязанность к традиции в первобытных и архаических обществах увеличивается следующими факторами: Такая зависимость выводится из того, что у взрослых и стариков привязанность к традициям сильнее, чем у молодых; б Количество особо жестоких и устрашающих ритуалов во время инициации, в которых внушается строгое соблюдение традиций; в Количество мифологических сюжетов, описывающих страшные кары и несчастья за нарушение традиций.

От следующих факторов величина эмоциональной привязанности к традициям находится в нелинейной зависимости: Эту величину можно измерять как отношение получаемых калорий к требующимся калориям. Поучаемые калории можно проследить по объему и составу потребляемых ресурсов, а требующиеся калории — по численности и составу общины и по климатическим особенностям. Если все сыты, одеты и здоровы, то не возникает потребности что-то изменять. И, напротив, если какие-либо потребности недостаточно удовлетворены, то люди вынуждены что-то менять в своих традициях для адаптации и выживания.

Слишком большое значение величины удовлетворения жизненных потребностей и слишком благоприятные условия могут уменьшать сопротивляемость новациям. Например, избыток пищи может стимулировать поиски новых способов хранения и переработки продуктов. Память об отвергнутых новациях сохраняет недоверие ко всем новациям.

Старшие сородичи приводят в пример неудачи прежних попыток изменить традицию. Неудачи при этом могут объясняться как кара предков либо как явное преимущество привычных обычаев. Чрезмерно большое количество отвергнутых новаций делает их уже привычными, но главное — это показывает актуальность и необходимость изменений, и тогда старшее поколение склонно к компромиссам в охране традиций.

То есть при переходе определенного числового предела различного в конкретных случаях фактор отвергнутых новаций сначала увеличивает привязанность к традиции, а затем уменьшает. Неожиданное увеличение частоты контактов с другими культурами сначала усиливает эмоциональное сопротивление потоку новой информации. Но с дальнейшим увеличением частоты контактов они становятся привычными или даже необходимыми, если между общинами устанавливаются брачные отношения.

В такой ситуации эмоциональное сопротивление при восприятии чужого, а значит нового, вынуждено ослабевать, и заимствований происходит. Согласно традиции, мы выбрали время и место. According to custom, we have selected the time and place. Развивая эти традиции, мы теперь добиваемся новых, далеко идущих целей. Building on these traditions, we are now attaining new and ambitious goals.

Следуя собственным лучшим традициям, мы можем подать пример для подражания и создать мягкую силу привлекательности. When we live up to our own best traditions, we can stimulate emulation and create the soft power of attraction.

Когда мы живем в соответствии с нашими лучшими традициями, мы можем стимулировать эмуляцию и создание притяжения мягкой силы. When we live up to our own best traditions, we can stimulate emulation and generate the soft power of attraction. И продолжая эту традицию, мы пригласили Вас, чтобы Вы наложили заклятие, предотвращающее использование любой магии внутри этого помещения.

Это своего рода традиция, мы остаёмся дома и смотрим как шар на Таймс-сквер опускается. В соответствии с традициями, мы должны поженится. According to tradition, we have to get married. Поступила жалоба, и согласно традиции, мы отказываемся иметь с вами. Since a complaint has been made, custom decrees that the fief washes its hands of the man involved.

И, в свете этого, по сложившийся традиции, мы должны вернуться к пожарной машине. Сегодня, мои нетрадиционные носители традиций, мы станете свидетелями решительного прорыва в биохимических исследованиях. Tonight, my unconventional conventionists you are to witness a new breakthrough in biochemical research.